Равиль Ульфатович
Елена Дмитриевна
Наиля
Данис


Равиль Ульфатович
FAMILY MEDIA
Елена Дмитриевна
FAMILY MEDIA
Наиля
FAMILY MEDIA



Данис
FAMILY MEDIA
Помню себя в довольно раннем возрасте: кажется, мне было года два. Те воспоминания в большей степени связаны с мамой. Папу я отчетливо помню лет с трех с половиной.

Яркие воспоминания связаны с появлением Наили. Мне было четыре с половиной года: помню тот день, когда её принесли из роддома, и я взял сестру на руки — это была большая радость и большая любовь.

Папа много работал, и мы его видели реже, чем хотелось бы. При этом мне все время хотелось подражать ему в силе, характере, мужестве — он казался всемогущим человеком.

В 1993-94 годах мы жили в Лангепасе, потом я закончил школу, и мы переехали в Москву. Из Лангепаса уезжать не хотелось: тут были друзья, а там —какая-то неизвестная мне Москва. С тех пор я, кстати, встретил только одного друга детства, когда приехал в 2007 году в Когалым.

Одно из самых ярких воспоминаний детства — охота. Папа брал меня с собой: мы выезжали в 4 часа утра и мне давали подержать ружье в возрасте 5-6 лет. Конечно, я тогда ни на кого не охотился, но видел, как всё это происходило.

Папа приобщал к плаванию с маской, когда мы отдыхали в Сочи. Иногда он даже ловил крабов, и это был отдельный повод для гордости — на всём пляже крабы были только у нас (Наиля кричала что-то вроде «Смотрите, это наш папа поймал!).

Папа до сих пор любит плавать с маской и трубкой. Я конечно, плаваю, меньше, но в море всегда «отмечаюсь».

В Лангепасе были невероятной красоты ледяные городки. И отличные новогодние подарки: помню, как детям подарил невероятных размеров мешок конфет — в нём было, наверное, не меньше 3 кг. Конфеты достались почти всем детям, поскольку большинство семей работали на нефтяном промысле.

Что только не делали с друзьями в то время! Лепили огромные шары из снега и скидывали их с 9 этажа, иногда прыгали в снег с недостроенных домов. От родителей, правда, доставалось за это.

Помню один случай: папа был в командировке, мама была занята с Наилей, и мне попалась на глаза бутылка масла с надписью «огнеопасно». Тут же стало интересно: как жидкость — масло — может гореть? Пошел в экспериментальную лабораторию (то есть, в туалет), оторвал кусок ваты и поджег. Но вдруг зажёгся весь рулон, а не тот маленький кусочек, что я собирался поджечь изначально. Я растерялся и вместо того, что бросить всё это в унитаз, начал тушить огонь рукой — стало ещё хуже. Ничего не оставалось делать, как просто уйти. Я пошел почистить зубы, а потом вернулся проверить, что происходило в туалете: деревянные полки к тому моменту уже начали трещать, дыма стало всё больше. Увидев это, я закрыл дверь, как будто ничего не происходит, и пошел в комнату по коридору. Тут раздался взрыв! Когда папа вернулся из командировки рано утром, в доме ещё стоял запах гари.

Папа всегда был со мной довольно строг, мама лояльнее относилась к моим проделкам.

Далее — переезд в Москву: мы жили тогда на Университетском проспекте в 9 доме. Я играл в футбол во дворе (ходил во Дворец пионеров и даже недолго поиграл в ЦСКА), и при этом у меня всегда был чётко определён час, когда я должен был вернуться домой (кажется, в 6 или 7 вечера: как раз в самый разгар матча или каких-нибудь дворовых игр). Спустя 10 лет понимаю, что и это было правильным решением — «комендантский час был необходим», чтобы дисциплинировать меня.

Комендантский час в какой-то степени остается в моей жизни и сейчас — теперь за ним следит Катя.

Учиться в школе мне нравилось. Где-то в 8 классе я решил, что увлечение к алгебре и геометрии надо использовать: хотел стать экономистом. Папа всегда говорил: «хочешь – становись экономистом, но будешь всю жизнь бухгалтером работать, а не так, как настоящие мужики, которые нефть в полевых условиях добывают». В итоге я нашел компромиссное решение: решил поступить в нефтяной университет на экономический факультет. Отец, правда, больше хотел, чтобы я занимался инженерными вопросами: разработкой, например. В итоге я с ним согласился. Сейчас понимаю, что и это решение было верным. Стал бы экономистом, никогда бы не понял эту профессию полностью: важно иметь представление о ней ещё и с технической, и с научной сторон. А экономику осваиваю сейчас.

Все мои недоработки в детстве, в школе, решала мама, к тому же выступая «мостиком» между папой и мной. С мамой же я мог всегда поделиться чем-то личным, а для папы такие разговоры показались бы проявлением слабости. А, может, мне это казалось — сейчас, кстати, с папой мы довольно откровенно общаемся.

Мама для меня — яркий свет в жизни. Её образ всегда ассоциируется с чем-то ярким, нежным, заботливым и добрым.

В плане выбора жизненного пути я сомневался: 2,5 года подряд высшая математика, химия, физика и профессиональные предметы. Механика сплошных сред — я даже не представлял раньше, что это такое!

Папа поступил в ВУЗ в 1972 г., я — в 2002 г. Он закончил в 1977 г., я — в 2007. Деканом был у меня был папин одногруппник — Валентин Васильевич Бондаренко (мы до сих пор с ним иногда общаемся). Были даже преподаватели, у которых учился папа!

Думаю, если бы жил в общаге, то был бы более продуктивным. Наверное, сначала даже надо было пойти поработать, а уж потом лет в 20 уже поступать — со знанием дела и пониманием того, чем надо будет заниматься.

«Студенческая жизнь» началась у меня уже после института — в Когалыме, когда я приехал работать и жил один на протяжении трех лет. Туда я приехал с большим энтузиазмом: хотелось кардинально сменить обстановку и начать «с чистого листа». Работал оператором, потом инженером. Даже пересекался с сотрудниками, которые знали папу: для меня это была, конечно, определенная ответственность — надо было быть не хуже.

С утра до вечера работа, один выходной в неделю, иногда бывало, что даже домой не возвращаешься. Развлечения в Когалыме в основном на природе: охота, рыбалка. Первые два года, конечно, была «ломка»: город с населением 60 000 человек, в радиусе 200 км ничего нет, да и на работу от города уезжаешь километров на 50. Стоишь иногда, смотришь на эти редкие деревья и думаешь: «однокашники в Москве, да ещё и погода у них наверняка хорошая». Но весь этот этап моей жизни — отличная закалка характера и выработка дисциплины.

К тому же, у меня не самое сложно месторождение было. Для папы сейчас эти условия, конечно, вообще «тепличными» кажутся. С другой стороны, я сейчас смотрю на нынешнее поколение: им ещё проще работать благодаря новым технологиям.

Папа огромную роль сыграл в формировании того, кем я стал сейчас. Может быть, я иногда сопротивлялся: злился, обижался, но в итоге его подход пошел на пользу. При этом отношения у нас с папой были скорее доверительные, чем дружеские. Может, если бы этой дистанции не было, я бы чаще нарушал запреты.

Говоря про папу, нельзя не сказать про его родителей: они огромную роль сыграли в его жизни. Так сложилось, что случился огромный разрыв в отношениях моих бабушки и дедушки: я с ними начал общаться уже в двадцатилетнем возрасте. Они приехали в Москву, и я помню, какой это был для меня волнительный момент: я никогда не видел вживую папу в роли ребенка. Мне было очень интересно посмотреть, как он будет себя вести в присутствии собственных родителей.

С бабушкой сейчас часто видимся, очень тепло общаемся. Главные черты бабушки: мудрость, сдержанность, и при этом — невероятная энергия и сила духа. Конечно, это люди той эпохи: выносливые, несгибаемые. Большое счастье для нас застать их — они для нас пример.

Меня Катя как-то спросила — о чем ты мечтаешь? Я говорю «чтобы папа мной гордился». Для меня это признание с его стороны — дорогого стоит. Не знаю, насколько он гордится сейчас, но всё-таки ещё ждет дальнейших достижений. Планка им же поставлено поставлена высоко.

Одобрение со стороны папы — это невероятная поддержка для меня.

С Катей мы познакомились достаточно банально: на дискотеке. Катина главная черта — жизнерадостность: она позитивна всегда сама и заряжает энергией тех, кто рядом с ней.

Позже появилась Марианна, у меня новая роль — теперь я отец, но, правда, комендантский час всё равно остался.

Когда Марианне был год, мы решили поехать в Канаду: папа (уже дедушка), конечно грустил. Мы думали, что едем года несколько лет (Наилюша уже жила в Вене, Лучик тоже уже родился), и в какой-то момент в Канаде произошло осознание того, что лучшие годы внучки проходят тут, а бабушка и дедушка этого не видят. И потом так стали развиваться события, что мы спустя полтора года вернулись в Россию. Теперь стараемся как можно чаще приезжать к бабушке с дедушкой.

Марианна для них — отдушина. Помогает им вспомнить собственное детство, регулярно устраивает концерты, да и «прикурить даёт». С ней по всем этажам дома можно бегаешь постоянно!

Дедушка от Марианны в восторге: она его слушается, и он для неё – авторитет. Правда, она может начать кокетничать, и дедушка тут же становится менее строгим.

Марианна тщательно выбирает круг общения: у неё есть одна подружка и Луч (четко знает, что Луч — её брат, и всё время его вспоминает). Когда Луч и Марианна вдвоём — это «разнос» всего: они постоянно друг друга подстегивают, заводят и бегают повсюду.

Отличительная черта Марианны — неполиткорректность. Если человек ей не нравится, он тут же узнает об этом.

Какие качества я ценю в людях? Мужество, смелость, верность, умение обеспечить семью. В женщине — хитрость на грани мудрости, заботу и самоотверженность.

Больше всего не люблю в людях подхалимство.

Мое любимое занятие? Читать.

Любимый герой из реальной жизни? Конечно, папа.

Что для меня счастье?
Сложный вопрос. Наверное, радость за других, возможность быть в гармонии с собой и жить, не суетясь.
Помню себя в довольно раннем возрасте: кажется, мне было года два. Те воспоминания в большей степени связаны с мамой. Папу я отчетливо помню лет с трех с половиной.

Яркие воспоминания связаны с появлением Наили. Мне было четыре с половиной года: помню тот день, когда её принесли из роддома, и я взял сестру на руки — это была большая радость и большая любовь.

Папа много работал, и мы его видели реже, чем хотелось бы. При этом мне все время хотелось подражать ему в силе, характере, мужестве — он казался всемогущим человеком.

В 1993-94 годах мы жили в Лангепасе, потом я закончил школу, и мы переехали в Москву. Из Лангепаса уезжать не хотелось: тут были друзья, а там —какая-то неизвестная мне Москва. С тех пор я, кстати, встретил только одного друга детства, когда приехал в 2007 году в Когалым.

Одно из самых ярких воспоминаний детства — охота. Папа брал меня с собой: мы выезжали в 4 часа утра и мне давали подержать ружье в возрасте 5-6 лет. Конечно, я тогда ни на кого не охотился, но видел, как всё это происходило.

Папа приобщал к плаванию с маской, когда мы отдыхали в Сочи. Иногда он даже ловил крабов, и это был отдельный повод для гордости — на всём пляже крабы были только у нас (Наиля кричала что-то вроде «Смотрите, это наш папа поймал!).

Папа до сих пор любит плавать с маской и трубкой. Я конечно, плаваю, меньше, но в море всегда «отмечаюсь».

В Лангепасе были невероятной красоты ледяные городки. И отличные новогодние подарки: помню, как детям подарил невероятных размеров мешок конфет — в нём было, наверное, не меньше 3 кг. Конфеты достались почти всем детям, поскольку большинство семей работали на нефтяном промысле.

Что только не делали с друзьями в то время! Лепили огромные шары из снега и скидывали их с 9 этажа, иногда прыгали в снег с недостроенных домов. От родителей, правда, доставалось за это.

Помню один случай: папа был в командировке, мама была занята с Наилей, и мне попалась на глаза бутылка масла с надписью «огнеопасно». Тут же стало интересно: как жидкость — масло — может гореть? Пошел в экспериментальную лабораторию (то есть, в туалет), оторвал кусок ваты и поджег. Но вдруг зажёгся весь рулон, а не тот маленький кусочек, что я собирался поджечь изначально. Я растерялся и вместо того, что бросить всё это в унитаз, начал тушить огонь рукой — стало ещё хуже. Ничего не оставалось делать, как просто уйти. Я пошел почистить зубы, а потом вернулся проверить, что происходило в туалете: деревянные полки к тому моменту уже начали трещать, дыма стало всё больше. Увидев это, я закрыл дверь, как будто ничего не происходит, и пошел в комнату по коридору. Тут раздался взрыв! Когда папа вернулся из командировки рано утром, в доме ещё стоял запах гари.

Папа всегда был со мной довольно строг, мама лояльнее относилась к моим проделкам.

Далее — переезд в Москву: мы жили тогда на Университетском проспекте в 9 доме. Я играл в футбол во дворе (ходил во Дворец пионеров и даже недолго поиграл в ЦСКА), и при этом у меня всегда был чётко определён час, когда я должен был вернуться домой (кажется, в 6 или 7 вечера: как раз в самый разгар матча или каких-нибудь дворовых игр). Спустя 10 лет понимаю, что и это было правильным решением — «комендантский час был необходим», чтобы дисциплинировать меня.

Комендантский час в какой-то степени остается в моей жизни и сейчас — теперь за ним следит Катя.

Учиться в школе мне нравилось. Где-то в 8 классе я решил, что увлечение к алгебре и геометрии надо использовать: хотел стать экономистом. Папа всегда говорил: «хочешь – становись экономистом, но будешь всю жизнь бухгалтером работать, а не так, как настоящие мужики, которые нефть в полевых условиях добывают». В итоге я нашел компромиссное решение: решил поступить в нефтяной университет на экономический факультет. Отец, правда, больше хотел, чтобы я занимался инженерными вопросами: разработкой, например. В итоге я с ним согласился. Сейчас понимаю, что и это решение было верным. Стал бы экономистом, никогда бы не понял эту профессию полностью: важно иметь представление о ней ещё и с технической, и с научной сторон. А экономику осваиваю сейчас.

Все мои недоработки в детстве, в школе, решала мама, к тому же выступая «мостиком» между папой и мной. С мамой же я мог всегда поделиться чем-то личным, а для папы такие разговоры показались бы проявлением слабости. А, может, мне это казалось — сейчас, кстати, с папой мы довольно откровенно общаемся.

Мама для меня — яркий свет в жизни. Её образ всегда ассоциируется с чем-то ярким, нежным, заботливым и добрым.

В плане выбора жизненного пути я сомневался: 2,5 года подряд высшая математика, химия, физика и профессиональные предметы. Механика сплошных сред — я даже не представлял раньше, что это такое!

Папа поступил в ВУЗ в 1972 г., я — в 2002 г. Он закончил в 1977 г., я — в 2007. Деканом был у меня был папин одногруппник — Валентин Васильевич Бондаренко (мы до сих пор с ним иногда общаемся). Были даже преподаватели, у которых учился папа!

Думаю, если бы жил в общаге, то был бы более продуктивным. Наверное, сначала даже надо было пойти поработать, а уж потом лет в 20 уже поступать — со знанием дела и пониманием того, чем надо будет заниматься.

«Студенческая жизнь» началась у меня уже после института — в Когалыме, когда я приехал работать и жил один на протяжении трех лет. Туда я приехал с большим энтузиазмом: хотелось кардинально сменить обстановку и начать «с чистого листа». Работал оператором, потом инженером. Даже пересекался с сотрудниками, которые знали папу: для меня это была, конечно, определенная ответственность — надо было быть не хуже.

С утра до вечера работа, один выходной в неделю, иногда бывало, что даже домой не возвращаешься. Развлечения в Когалыме в основном на природе: охота, рыбалка. Первые два года, конечно, была «ломка»: город с населением 60 000 человек, в радиусе 200 км ничего нет, да и на работу от города уезжаешь километров на 50. Стоишь иногда, смотришь на эти редкие деревья и думаешь: «однокашники в Москве, да ещё и погода у них наверняка хорошая». Но весь этот этап моей жизни — отличная закалка характера и выработка дисциплины.

К тому же, у меня не самое сложно месторождение было. Для папы сейчас эти условия, конечно, вообще «тепличными» кажутся. С другой стороны, я сейчас смотрю на нынешнее поколение: им ещё проще работать благодаря новым технологиям.

Папа огромную роль сыграл в формировании того, кем я стал сейчас. Может быть, я иногда сопротивлялся: злился, обижался, но в итоге его подход пошел на пользу. При этом отношения у нас с папой были скорее доверительные, чем дружеские. Может, если бы этой дистанции не было, я бы чаще нарушал запреты.

Говоря про папу, нельзя не сказать про его родителей: они огромную роль сыграли в его жизни. Так сложилось, что случился огромный разрыв в отношениях моих бабушки и дедушки: я с ними начал общаться уже в двадцатилетнем возрасте. Они приехали в Москву, и я помню, какой это был для меня волнительный момент: я никогда не видел вживую папу в роли ребенка. Мне было очень интересно посмотреть, как он будет себя вести в присутствии собственных родителей.

С бабушкой сейчас часто видимся, очень тепло общаемся. Главные черты бабушки: мудрость, сдержанность, и при этом — невероятная энергия и сила духа. Конечно, это люди той эпохи: выносливые, несгибаемые. Большое счастье для нас застать их — они для нас пример.

Меня Катя как-то спросила — о чем ты мечтаешь? Я говорю «чтобы папа мной гордился». Для меня это признание с его стороны — дорогого стоит. Не знаю, насколько он гордится сейчас, но всё-таки ещё ждет дальнейших достижений. Планка им же поставлено поставлена высоко.

Одобрение со стороны папы — это невероятная поддержка для меня.

С Катей мы познакомились достаточно банально: на дискотеке. Катина главная черта — жизнерадостность: она позитивна всегда сама и заряжает энергией тех, кто рядом с ней.

Позже появилась Марианна, у меня новая роль — теперь я отец, но, правда, комендантский час всё равно остался.

Когда Марианне был год, мы решили поехать в Канаду: папа (уже дедушка), конечно грустил. Мы думали, что едем года несколько лет (Наилюша уже жила в Вене, Лучик тоже уже родился), и в какой-то момент в Канаде произошло осознание того, что лучшие годы внучки проходят тут, а бабушка и дедушка этого не видят. И потом так стали развиваться события, что мы спустя полтора года вернулись в Россию. Теперь стараемся как можно чаще приезжать к бабушке с дедушкой.

Марианна для них — отдушина. Помогает им вспомнить собственное детство, регулярно устраивает концерты, да и «прикурить даёт». С ней по всем этажам дома можно бегаешь постоянно!

Дедушка от Марианны в восторге: она его слушается, и он для неё – авторитет. Правда, она может начать кокетничать, и дедушка тут же становится менее строгим.

Марианна тщательно выбирает круг общения: у неё есть одна подружка и Луч (четко знает, что Луч — её брат, и всё время его вспоминает). Когда Луч и Марианна вдвоём — это «разнос» всего: они постоянно друг друга подстегивают, заводят и бегают повсюду.

Отличительная черта Марианны — неполиткорректность. Если человек ей не нравится, он тут же узнает об этом.

Какие качества я ценю в людях? Мужество, смелость, верность, умение обеспечить семью. В женщине — хитрость на грани мудрости, заботу и самоотверженность.

Больше всего не люблю в людях подхалимство.

Мое любимое занятие? Читать.

Любимый герой из реальной жизни? Конечно, папа.

Что для меня счастье?
Сложный вопрос. Наверное, радость за других, возможность быть в гармонии с собой и жить, не суетясь.
2019